О страхах…

Этот разговор не выходил из головы. Настолько, что в 6 утра, докуривая утреннюю сигарету у себя на подоконнике, я пустилась в привычные перипетии саморефлексии.

“Страхи должны мотивировать жить и двигаться дальше, а не служить оправданием собственной бесхребетности”, – думаю я, быстро перепрыгивая через две ступеньки навстречу тёмному ноябрьскому утру. Отлично. Без пробок на работу.

Случайный порядок подкинул мне шнуровское “Люди не летают”. То, что нужно для старта. Люди таки не летают, но по пустой утренней трассе можно очень даже приятно разогнаться. Басы погромче, и по газам.

Каждый чего-то боится. При этом я не имею в виду змей-тараканов-пауков (потому что вряд ли арахнофобия станет менять судьбы). Война-Смерть-Одиночество-Боль – вот это уже солидные противники.
За последнее время четыре не связанных между собой человека назвали меня смелой, при этом все четверо были мужчинами. Один даже выразил это с завистью и легкой грустью. “Я бы так не смог. Девушке, совершенно одной, бродить с солдатами по прифронтовой зоне, да ещё и мечтать о пропуске в зону непосредственной мясорубки”. Тогда я лишь пожала плечами. На тот момент “растяжки” и “грады” уже второй год снились мне в кошмарах. Никогда бы не думала, что придётся разбираться в военном обмундировании. Пришлось. Разобралась.

Подъезжаю к трассе, а превышаю как будто уже на ней – полоса дороги без радаров. Мой случайный порядок радует меня “Citizen erased” обожаемых MUSE, которые заставляют меня забыть об осторожности на поворотах.

Прихожу к выводу, что лишь тот, кто по-настоящему заглянул в глаза смерти, кто по-настоящему испытал паническую боль, кто стоял на грани, тот узнал вкус истинного страха, и имеет право ограждаться им в качестве инстинкта самосохранения. Все остальные сопли я воспринимаю как ничтожные признания собственного малодушия. “Я боюсь написать девушке/парню”; “я боюсь вызвать недовольство шефа”; “я боюсь переехать в другой город”; “я боюсь, что она меня бросит, или я её и поэтому я её продинамлю” – Эти все дешёвые драмы собственной беспомощности я открыто презираю. Можете обкидать меня яйцами, хотя лучше – помидорами – синяков меньше.

Выезжаю на трассу. “Свобода” Арии заставляет выжимать педаль газа до упора. Именно так я и представляла себе ездить на машине, еще, когда училась и о собственных колёсах могла только мечтать. Вот именно так, чтоб старый рок, и свободная дорога. Хотя последнее – это всё же чаще всего редкость.

Это не значит, что у меня нет страхов. И своё временами возникающее малодушие я презираю ещё больше. Но.
Да, я точно также боюсь многих вещей. Боюсь, что папа не напишет сообщения после очередного прохода блокпоста; боюсь, что знакомые ребята не отпишутся после очередного обстрела; боюсь опять потерять кого-то из близких; боюсь себя и своей слабости; и панически боюсь Одиночества. Поэтому и поехала на восток, поэтому и заказала пропуск в зону АТО, поэтому и хочу поддержать всех там, как только можно; поэтому продлила второй курс терапии и завела себе, в конце концов, кроликов. Любимого человека они не заменят, но зато с ними не так грустно. Потому что, несмотря на то, что я боюсь всего вышеперечисленного, ещё больше я боюсь последствий того, если я не совершу тот или иной поступок, останусь на месте, не сделаю шаг. Вот это действительно пугает и заставляет меня вечно во что-то вляпываться

Упорно давлю на газ и движусь дальше к цели. Скоро выезд и поворот на работу… К сожалению, счастье длилось не так долго. “Мне бы в небо” прямо таки убивает своим “лиричным” попаданием в цель “путевка в небо выдается очень быстро. Вышел на улицу – случайный выстрел. Можно ждать его, но лучше ускориться. Я лично бухаю, а кто-то колется.”

Но я всё равно иду дальше. Со слезами, истериками, килограммами таблеток, с кучей шрамов, ранами и болью. Потому что если остановлюсь – мои страхи сожрут меня без остатка.
Может иногда я перебарщиваю. Точнее, как правило, я перегибаю палку и впутываюсь в очередное дерьмоую авантюру. Но по-другому я просто не могу. Потому считаю, что гораздо лучше “Я лучше съем эту конфету, и узнаю, какая она на вкус” чем “Я не буду есть конфету, потому что боюсь, что не понравится”.  Хотя в этом есть небольшие минусы – в смысле, что я скорее из тех, кто пальцы будет в розетку совать, пока до смерти не расшибётся. Иначе какой смысл существования? Знать, что тебе чего-то не хватает, а ещё хуже понимать, чего конкретно тебе не хватает, но НИ хрена не менять, потому что ссыкотно страшно? Потому что попробовал и оказалось не вкусно? Так я лучше буду пробовать, кривиться, стонать от коликов и снова пробовать, пока не будет “саме те”.  Лучше так, чем смотреть на “конфету”, обливаться слюнями, но так и не проглотить её. 

Трусость – это жалкое зрелище. Это ещё Михаил Афанасьевич на примере Пилата высмеивал. Особенно, когда она превращает нас в жалких нытиков.

Ну что ж, со скоростью проблем у меня больше нет. Глушу мотор. Затягиваюсь сигаретой. Парковка почти пустая. А что, в раннем мозгоколупательстве есть свои прелести…

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s